Сайлент Хилл

Столкнувшись с бессилием традиционной медицины, которая не в состоянии ни диагностировать, ни вылечить загадочную болезнь её дочери Шэрон, Роуз принимает судьбоносное решение. Симптомы девочки, проявляющиеся в кошмарных сновидениях и лунатизме, во время которого она с завораживающим ужасом повторяет название некоего Сайлент Хилла, не поддаются логическому объяснению. Врачи склоняются к версии о тяжёлом психическом расстройстве и настаивают на помещении ребёнка в специализированное учреждение, однако материнское сердце отказывается смириться с таким приговором. Уверенная, что ключ к спасению дочери лежит не в клинических палатах, а в том самом месте, которое не даёт покоя её сознанию, Рошь решается на отчаянный шаг. Она игнорирует все предостережения и, взяв Шэрон, отправляется в путь, чтобы собственными глазами увидеть город-призрак, ставший навязчивой идеей её ребёнка. Это путешествие – акт глубочайшей веры и последняя надежда на то, что в этом заброшенном, окутанном дурной славой месте она сможет найти ответы, способные остановить медленное угасание Шэрон. Прибытие в Сайлент Хилл становится началом путешествия в самый ад, где граница между реальностью и кошмаром окончательно стирается. Город встречает их не просто забвением и тишиной, а плотной, удушающей пеленой тумана, за которым скрывается иная, чудовищная реальность. Вскоре после въезда Рошь и Шэрон оказываются разлучены, и мать погружается в безумный поиск в этом преображённом мире, где законы физики и логики утратили силу. Сайлент Хилл предстаёт перед ней двойным существом: днём это безжизненные, покрытые пеплом руины, но с наступлением сирен, возвещающих переход, он превращается в Тёмный мир – извращённое отражение, населённое жуткими, агрессивными существами, символизирующими боль, грех и наказание. Каждый шаг Рошь по этим коридорам ада заставляет её не только искать дочь, но и постепенно раскрывать мрачные тайны, похороненные в истории города. Она сталкивается с призраками прошлого, ужасающими культами и свидетельствами невообразимой жестокости, понимая, что болезнь Шэрон – не случайный недуг, а часть некой древней и страшной истории, неразрывно связанной с самой сутью этого места. Её путь превращается в испытание на прочность духа, где каждый новый ужас приближает её к центральной тайне – к пониманию истинной природы Шэрон и той роли, которую город-призрак играет в их судьбах, требуя от матери окончательного выбора и готовности принести невообразимые жертвы ради спасения своего ребёнка.